Трижды девять берегинь

Опубликовано 4th Июль 2017 в рубрике Сила рода:

Да на праздничках
Рассказал
Род-батюшка,
О три девяти
Берегинях.
Своих да помощницах.

Берегини те
В помощь женщинам,
При чистых ключах
Схоронены,
Той воде ключевой
Силу дают
Да немалую!
Защищают они
Мать с ребеночком
Да от черной
От силушки,
Выгоняют болезнюшки
Из дома с горницей.
Берегут они
Да славянский род
От болезни всякой
Да напасти.
Ой, давным-давно
Тое было.

Одним из интересных представлений о перерождении, сохранившихся у славян, является представление о возможности перерождения мужчины только в своем роду. Отсюда очень часто бабушки, присматриваясь к внукам, указывают на их похожесть на давно умерших мужчин, которые являются родней. Эта похожесть проявляется в манере поведения, привычках и тех неуловимых мелочах, которые создают особый, неповторимый образ каждого человека.
Основная задача перерождений – «стать равным Богу» по силе и знанием. Путь, при котором это достигается, разделен на «тридевять частей», которые и определяют перерождение.
С мужчинами вроде бы понятно. А на чем основывается перерождение у женщин? Попытаюсь предложить для рассмотрения следующею теорию, которая, возможно, будет очень сырой и не все объясняющей.
Но вначале следует особо отметить, что в славянской традиции мужчина перерождается только в мужчину, женщина – только в женщину и никакие катаклизмы не могут изменить это.
В отличие от мужчины, который перерождается только в своем роду, женщина не привязана своим рождением ни к определенному роду, ни нации, ни народности, ни стране. Рождение ее обусловлено совсем другим – неразрывной связью со своим любимым. Ведь недаром у всех народов есть представление о двух половинках одного целого, когда речь заходит о семье.
Значит, основой, предопределяющей рождение для женщины, является любовь. Это любовь позволяет после первой, видимо одной из многочисленных совместных жизней, определить ей возможное место рождения своей половины или возможности встретиться с ним в брачном возрасте, с определенным возрастным сдвигом.
Видимо, с этим связан эффект изменения, который происходит с приведенной в семью девушкой. Это удивительное изменение в начале – в поведении, характере, переосмысление основных мировоззренческих, бытовых положений, устремлений, за основу которых берутся представления и обычаи, бытующие в роду мужа. Затем, с рождением детей появляется уверенность принадлежности к роду мужа и начинается передача приобретенного за это время «духа» рода мужа.
И в последней части жизни – это уже хранительница, не отделяющая себя от рода мужа, а наоборот, являющаяся носителем традиций его рода, которые она передает детям, внукам и правнукам.
Но возникает вопрос, почему у одного мужчины или женщины бывает несколько партнеров по браку?
На этот вопрос возможно предположить следующий ответ – жизнь, особенно не в современном мире, не отличалась простотой. Смерть очень часто разлучало людей. Обычно это были болезни, голод и войны. В связи с этим получалось, что у мужчины во время жизни было несколько жен, и наоборот.
Не секрет, что иногда девушки тайно любят, но и не только они, а иногда и замужние. Как решается этот вопрос? Возьмем описание решения его в первом томе книги Шолохова «Тихий Дон» в главе XIV.

– …Тоскую по нем, родная бабунюшка. На своих глазыньках сохну. Не успеваю юбку ушивать – что ни день, то шире становится… Пройдет мимо база, а у меня сердце закипает… упала б наземь, следы б его целовала…
Может, присушил чем?.. Пособи, бабунюшка! Женить его собираются… Пособи, родная! Что стоит – отдам. Хучь последнюю рубаху сыму, только пособи!
Светлыми, в кружеве морщин, глазами глядит бабка Дроздиха на Аксинью, качает головой под горькие слова рассказа.
– Чей же паренек-то?
– Пантелея Мелехова.
– Турка, что ли?
– Его.
Бабка жует ввалившимся ртом, медлит с ответом.
– Придешь, бабонька, пораньше завтра. Чуть займется зорька, придешь. К Дону пойдем, к воде. Тоску отольем. Сольцы прихвати щепоть из дому… Так-то.
Аксинья кутает желтым полушалком лицо и, сгорбившись, выходит за ворота.
Темная фигура ее рассасывается в ночи. Сухо черкают подошвы чириков. Смолкают и шаги. Где-то на краю хутора дерутся и ревут песни.
С рассветом Аксинья, не спавшая всю ночь, – у Дроздихиного окна.
– Бабушка!
– Кто там?
– Я, бабушка. Вставай.
– Зараз оденусь.
По проулку спускаются к Дону. У пристани, возле мостков, мокнет в воде брошенный передок арбы. Песок у воды леденисто колок. От Дона течет сырая, студеная мгла.
Дроздиха берет костистой рукой Аксиньину руку, тянет ее к воде.
– Соль взяла? Дай сюды. Кстись на восход.
Аксинья крестится. Злобно глядит на счастливую розовость востока.
– Зачерпни воды в пригоршню. Испей, – командует Дроздиха.
Аксинья, измочив рукава кофты, напилась. Бабка черным пауком раскорячилась над ленивой волной, присела на корточки, зашептала:
– Студены ключи, со дна текучие… Плоть горючая… Зверем в сердце… Тоска-лихоманица… И крестом святым… пречистая, пресвятая… Раба божия Григория… – доносилось до слуха Аксиньи.
Дроздиха посыпала солью влажную песчаную россыпь под ногами, сыпанула в воду, остатки – Аксинье за пазуху.
– Плесни через плечо водицей. Скорей!
Аксинья проделала. С тоской и злобой оглядела коричневые щеки Дроздихи.
– Все, что ли?
– Поди, милая, позорюй. Все».

Избранник, как ни прискорбно, не всегда свободен. Возможно, отсюда и сейчас часто встречающаяся реальность, когда только через несколько браков образуется действительно целостная семья. Возможно, вариант решения этой проблемы – многоженство на Востоке, который, видимо, был направлен на упрощение возможности соединения двух половинок, возникших во время перерождений.
Но не только половинкой хотят быть женщины. Ведь они необычные существа, поэтому их желания мужчинам непонятны. Не все может сделать мужчина для женщины. Именно с такими желаниями эти загадочные создания обращаются к Богу, и он почему-то выполняет их желания. Иногда именно это порождает проблемы. Например:
«Я хочу такого сына» – отсюда конфликт между женой и свекровью.
«Я хочу, чтоб у меня был такой свекор» – проблемы с мужем.
«Я хочу, чтоб у меня был такой брат» – проблема с его женой и т. п.
«Лёс»
«Лёс» – древнеславянское слово, сохранившееся в белорусском языке. Его значения:
1. ход жизненных событий, которые складываются независимо от воли человека; стечение обстоятельств;
2. доля, судьба;
3. развитие чего-нибудь; дальнейшее существование, будущее».
Все это можно перевести на русский, как «путь судьбы», что в принципе совпадает с индуистским понятием «карма».
Попытаемся разобраться в нем, соотносясь с представлением о трех путях славянина в его жизни. Согласно принятым в настоящее время понятиям и сохранившимся указаниям о возможных перерождениях славянина можно говорить о наличии трех мест его существования.
А именно: «этот свет» – где он живет, «тот свет» – под землей или «на небе».
Интересно, что во всех трех мирах, где возможна жизнь славянина, в наличии по девять «царств», или «кругов». Именно в этих «тридевяти царствах» живут славяне, занимаются привычными для себя делами и разговаривают на своем родном наречии.

комментарии: Закрыты

Комментарии закрыты.